Постельное белье полутороспальное https://beddingshop.ru/ - интернет магазин BeddingShop.ru.

Мастерская автопортретов (*)

Звонит знакомый художник, приглашает новые работы посмотреть.

Прихожу. Гости в сборе. Стол накрыт. Дамы декольте.

— Работы потом будем смотреть? — спрашиваю.

— А вот работы, — говорит художник, потирая руки. — Ярмарка тщеславия. Ты поспел как раз вовремя. Мы в самом разгаре. Каждый своим автопортретом занят. Искусство самовыражения, понимаешь?

— Кажется, что-то подобное я уже слышал?

— Не может быть! — бледнеет художник.

— Или мне показалось?

— Конечно, показалось! — с облегчением соглашается художник. — Прошу к столу.

Иду к столу. Вино, фрукты, бутерброды и даже первое и второе. Ориентиров никаких. Шум, гам, никто никого не слушает, каждый своим автопортретом занят. Не то тайная вечеря, не то товарищеский ужин а-ля фуршет. Самовыражаемся.

— Что этот мир? — спрашивает один, ни к кому не обращаясь, и, закусив бутербродом с икрой, как плохим каламбуром, отвечает внушительно: — Игра!

Не то поэт, не то вправду сумасшедший. Гляжу, второй бутерброд тянет. Тоже беру. Он берет еще ветчины и сыру.

Справа естествоиспытатель, стихийный материалист увлекает двух просвещенных дам глубокими мыслями об этосфере.

“Что же ты?” укоризненно шепчет хозяин дома. “Займись своим автопортретом. Участвуй.” “Как?” яростно шепчу в ответ. “Прикинься кем-нибудь” — “Кем бы мне прикинуться?” думаю. “Прикинусь-ка я деревом. Развесистым дубом!!!”

Эффект вышел сильнее, чем я ожидал. Все оказались настолько простодушны, что приняли мой персонаж за чистую монету. Дамы мгновенно смолкли и скрестили оценивающие взгляды.

— Простоват, но очень мил, — заключает одна.

— А я из деревни, — говорю. Прямо в образ!

Все приятно удивлены. “Кто это?” шелестят голоса. Дамы устремляются ко мне, и в их глазах ясно читается решимость познакомиться.

— Иван.

— Абстракция Васильевна...

— Очень приятно... Иван. Очень приятно...

— Что вы думаете об это сфере?! — с ненавистью кричит сквозь ароматное кольцо обступивших меня дам одинокий естествоиспытатель, стихийный материалист.

— Эта, — отвечаю, — сфера, гм, сама по себе, а мы, эта... гм... сами по себе.

“Молодец!” сияет художник, хозяин дома, автор полотна. А картина уже живет собственной, независимой от автора жизнью. Подали горячее.

— Будьте любезны, передайте лангет, — воркует Абстракция Васильевна. — Ах, нет, мне СО СЛОЖНЫМ гарниром...

_____________________________

(*) При участии А. А. Корнейчука.